+7 (8512) 61-08-46
г.Астрахань, ул.Татищева д.20А

Каспийская политика и современные вызовы

Опубликовано в 11:32

В начале 90-х каждая из республик «Каспийской пятёрки» по своему видела раздел Каспийского моря и придерживалась неотступной позиции по данному вопросу. Такие противоречия отдаляли возможность подписания долгожданной конвенции по правовому режиму водоёма. До распада СССР регулирование данных проблем осуществлялось в двустороннем порядке между правительствами Советского Союза и Республики Иран (до 1935 года – Персия) на основании договоров от 1921[1] и 1940[2] годов. Но после известных событий 1991 года и с обретением независимости прикаспийских государств Азербайджана, Казахстана и Туркменистана, был остро поднят вопрос о пересмотре правового режима Каспия и установлении нового, с учётом интересов теперь уже пяти субъектов Каспийской акватории. Руководства этих стран не устраивало отсутствие в договорах  от 1921 и от 1940 годов пунктов, содержащих правила по разграничению дна, а также пунктов, регулирующих вопросы недропользования, что вызывало различные споры при разработке и развитии новых месторождений. Одним из таких месторождений стало Кяпаз/Сердар, которое долгое время служило поводом для конфронтации между Азербайджаном и Туркменистаном.

Учитывая геополитическую важность региона и наличие в нём огромных запасов энергоресурсов, Каспийскому региону пророчили статус второго Персидского залива. Этим поспешили воспользоваться инвесторы за океаном и сразу после распада Советского Союза западное влияние на, только что получившие независимость, прикаспийские республики стало неуклонно расти. Инвестиционные проекты Европейского Союза, предложенные новым игрокам региона с их внушающим энергетическим потенциалом, не могли не сказаться на позициях прикаспийских государств по поводу раздела «Каспийского пирога». Соединённые Штаты постепенно налаживали тесное сотрудничество с Азербайджаном, Казахстаном и Туркменистаном, пытаясь распространить своё влияние и надолго укрепиться в Каспийской акватории. Их присутствие часто носило рекомендательный и посреднический характер, влияние которого со временем усилилось и стало в полной мере воздействовать на каспийскую политику. Все эти факторы напрямую угрожали интересам России в регионе и касались вопросов, прежде всего, государственной безопасности.

От хауса к консенсусу

Осознавая важность региона с точки зрения национальных интересов страны и в целях скорейшего урегулирования сложившихся противоречий, Правительство РФ взяло курс на компромиссное развитие отношений со всеми прикаспийскими республиками, а также в подходах разграничения Каспийской акватории. Необходимо было подвести к общему знаменателю две прямо противоположные позиции – в пользу принципа кондоминиума с одной стороны и в пользу раздела Каспия на национальные сектора прибрежных прикаспийских государств, с другой. Был сформирован формат двусторонних договорённостей по разграничению дна Каспия и подписаны международно-правовые акты между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой[3] и Российской Федерацией и Республикой Казахстан[4], а также в совместный трёхсторонний договор[5]. Подобного рода двусторонние договорённости показали свою эффективность и прогрессивность в ходе решения вопросов о правовом статусе моря. По этому примеру последовали и другие прикаспийские страны. Схожие соглашения были подписаны между Азербайджанской Республикой и Республикой Казахстан[6], а также между Республикой Казахстан и Республикой Туркменистан[7].

Возникновение целого комплекса международно-правовых актов регулирующих вопросы по разграничению дна Каспийского моря между большинством прикаспийских стран, ознаменовало собой значительный прогресс в отношениях прикаспийских государств на пути к формированию долгожданной конвенции о статусе Каспия. Проблема с северной частью Каспия стала более или менее разрешена, однако в повестке дня остаётся вопрос о его южной части. Туркменистан и Азербайджан в недавнем времени начали процесс нормализации отношений, подписав 8 августа этого года в Баку совместную Декларацию о стратегическом сотрудничестве.[8] «В этой декларации определены все направления нашей дальнейшей совместной деятельности. В ней нашли отражения политические, экономические, гуманитарные, культурные, транспортные, энергетические вопросы и безопасность» – подчеркнул президент Азербайджана Ильхам Алиев. В связи с данным кардинальным улучшением отношений Баку и Ашхабада можно предположить, что уже в ближайшем будущем республики достигнут определённого консенсуса в вопросах о разграничении дна Каспийского моря на сопредельных срединных линиях. Подобное сближение говорит о серьёзном намерении двух стран сотрудничать друг с другом в важных для обоих государств отраслях, прежде всего, это может касаться совместных энергетических проектов по Каспию. Что касается России, то её главная проблема связана не с дном Каспия, а больше с его поверхностью и свободным передвижением по нему судов исключительно под флагами прикаспийских стран. Были сделаны значительные шаги по укреплению безопасности региона. Так, всеми прикаспийскими республиками было подписано соглашение «О сотрудничестве в сфере безопасности на Каспийском море».[9] В рамках данного соглашения стороны обязались сотрудничать в таких значимых областях как: борьба с терроризмом, контрабандой, обеспечение безопасности мореплавания и др. Данный международно-правовой акт подчёркивает позитивную динамику роста отношений между прикаспийскими прибрежными государствами.

Астраханский прорыв

Проведённый в 2014 году в Астрахани саммит прикаспийских государств ознаменовал собой значительный прогресс в урегулировании споров относительно правового режима Каспийского моря и безопасности. Итогами мероприятия, в первую очередь, стало достижение консенсуса по широкому спектру вопросов, включающих в себя экологические проблемы водоёма, торгово-экономическое сотрудничество, политическую повестку дня, а также аспекты всеобщей безопасности Каспийского региона, с учётом интересов всех прибрежных государств. Также главы государств сделали заявления[10] касаемо основных принципов «разумной достаточности» и обеспечения равных условий безопасности для всех прикаспийских государств. Кроме того лидеры отметили важность принципа «не присутствия на Каспийском море вооруженных сил, не принадлежащих сторонам», что оказалось крупнейшим успехом российской дипломатии в Каспийском регионе за последнее десятилетие. Сегодня данный принцип заложен в основу стабильности Каспийской акватории и является залогом национальной безопасности РФ на её южных рубежах. Также были урегулированы вопросы о режиме Каспия, в части, касающейся вод общего пользования и свободного перемещения судов прикаспийских государств. Президент РФ В. Путин по этому поводу заявил следующее: «Весьма значимым является положение о том, что большая часть акватории Каспия останется в общем пользовании сторон. Благодаря всему этому теперь исключаются недоразумения или какая-то напряженность в межгосударственных отношениях, которые раньше могли появляться из-за разного толкования режима каспийских вод». Остальные главы прикаспийских государств также высоко оценили саммит и его результаты, способствующие консолидированию сил каспийской пятёрки в процессе установления статуса Каспийского моря. Итоги в Астрахани можно с уверенностью считать успешным разрешением поставленных задач перед российской дипломатией по укреплению стабильности и безопасности на Каспии.

Внешние факторы

Весьма заметным остаётся американское влияние в Каспийском регионе. С учётом последних событий можно с уверенностью предположить, что оно будет иметь тенденцию к дальнейшему росту, т.к. в нынешних геоэкономических и геополитических реалиях установление своего твёрдого присутствия в регионе Соединёнными Штатами видится необходимым условием для достижения других поставленных целей, в том числе ограничения влияния России на Каспии.

В своей предвыборной речи[11] Трамп уделял внимание, прежде всего, борьбе с «радикальным исламом» и обеспечению энергетической безопасности Штатов и их союзников. Обе проблемы являются актуальными в регионе Каспия, что, несомненно, включает его в фарватер интересов США. Неизвестными остаются лишь инструменты воздействия, учётом наличия у Вашингтона серьёзного козыря т.н. «мягкой силы». Однако внешняя политика США в регионе с приходом к власти Дональда Трампа приобрела новый импульс развития, охарактеризованный направленностью на сближение с отдельными прикаспийскими странами в вопросах безопасности и энергетики. Трепетное отношение, в первую очередь, стало уделяться Азербайджанской Республике, как важному транспортному коридору «Восток-Запад». Давление, оказанное США и ЕС на Азербайджан в 2015 году и ослабление экономики страны выявили слабые стороны политики «лавирования» прикаспийской республики, в условиях тотальной зависимости от нефтегазового сектора. Однако со сменой власти в США недавний кризис в отношениях сменился на тесное сотрудничество между двумя странами, которое американская сторона сегодня стала отмечать всё чаще. В частности лейтмотивом таких изменений оказались энергетические интересы США в регионе, а также безопасность Каспийского бассейна, в том числе проходящих через него важных энергетических артерий. Так в недавнем письме[12] президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву Трамп заявил: «Вы являетесь новым энергетическим источником Европы и мы благодарны Вам за долгое и успешное сотрудничество в этой области». Отводя столь значимую роль Азербайджану президент США несомненно определяет курс на тесное сотрудничество с прикаспийской республикой, последствиями которого, вероятно, может выступать усиление присутствия США в регионе. В поле зрения Соединённых Штатов находится и другое государство региона — Туркменистан. Предметом сотрудничества выступает всё та же энергетическая повестка дня. Ашхабад уже давно ищет новые пути поставки своих запасов природного газа на энергетический рынок Европы, что идёт в параллели с планами Вашингтона и Брюсселя по диверсификации источников энергоносителей. Динамика современных отношений между США и некоторыми прикаспийскими республиками, а также риск их опосредованного присутствия в регионе, в определённой мере отождествляется с опытом предыдущих лет. Оказавшись присоединённой политикой США к известному списку «Оси зла» Российская Федерация в ближайшем будущем будет вынуждена предпринимать дополнительные меры по укреплению безопасности в Каспийском регионе, посредством тесного взаимодействия с остальными прикаспийскими государствами.

Таким образом, уже в скором времени можно ожидать определённую демонстрацию тех или иных действий России в «каспийской политике», т. к. на современном этапе это направление с новой силой приобретает важную роль в национальной безопасности страны на её южных рубежах.        

Мамед Мустафаев, для «Военно-политической аналитики»


Примечание 

[1] Договор между Российской Социалистической Федеративной Советской Республикой и Персией подписан в г. Москве 26.02.1921 г. // Собрание узаконений и распоряжений Рабочего и Крестьянского Правительства. – 1921. – N 73, ст. 597.

[2] Договор о торговле и мореплавании между СССР и Ираном подписан в г. Тегеране 25.03.1940 г. // Сборник торговых договоров и соглашений по торгово-экономическому сотрудничеству СССР с иностранными государствами (на 1 января 1977 года). Т. 1. – М.: Экономика, 1977. С. 301–313.

[3] Соглашение между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой о разграничении сопредельных участков дна Каспийского моря заключено в г. Москве 23.09.2002 г. // Собрание законодательства РФ. – 2004. – N 21, ст. 1978.

[4] Соглашение между Российской Федерацией и Республикой Казахстан о разграничении дна северной части Каспийского моря в целях осуществления суверенных прав на недропользование заключено в г. Москве 06.07.1998 г. // Собрание законодательства РФ. – 2003. – N 47, ст. 4510.

[5] Соглашение между Республикой Казахстан, Азербайджанской Республикой и Российской Федерацией о точке стыка линий разграничения сопредельных участков дна Каспийского моря, совершенное в г. Алматы 14.05.2003 г. // Ведомости Парламента Республики Казахстан. – 2003. – N 23, ст. 166.

[6] Соглашение между Республикой Казахстан и Азербайджанской Республикой о разграничении дна Каспийского моря между Республикой Казахстан и Азербайджанской Республикой, совершенное в г. Москве 29.11.2001 г. // Ведомости Парламента Республики Казахстан. – 2003. – N 14, ст. 115.

[7] Соглашение между Республикой Казахстан и Туркменистаном о разграничении дна Каспийского моря между Республикой Казахстан и Туркменистаном, совершенное в г. Ашхабаде 02.12.2014 г. // Бюллетень международных договоров Республики Казахстан. – 2015. – № 5, ст. 44.

[8] Декларация Президентов Азербайджанской Республики, Исламской Республики Иран и Российской Федерации// Президент Азербайджана Ильхам Алиев. -2016. – 09 августа. – URL: http://ru.president.az/articles/20776 (дата обращения 12.10.2017)

[9] Соглашение о сотрудничестве в сфере безопасности на Каспийском море// Президент России. – 2010. – 18 ноября. – URL: http://kremlin.ru/supplement/785 (дата обращения 13.10.2017)

[10] Заявления глав государств – участников IV Каспийского саммита для прессы// Президент России. – 2014. – 29 сентября. – URL: http://www.kremlin.ru/events/president/transcripts/46689 (дата обращения 12.10.2017)

[11] Дональд Трамп о внешней политике США// Иносми.ру. – 2016. – 29 апреля. – URL: http://inosmi.ru/politic/20160429/236365685.html (дата обращения 12.10.2017)

[12] Трамп написал письмо Ильхаму Алиеву// Москва-Баку.RU – 2017. – 26 мая. – URL: http://moscow-baku.ru/news/novosti_azerbaydzhana/tramp_napisal_pismo_ilkhamu_alievu/ (дата обращения 14.10.2017)

Наши партнеры